Отсроченные платежи, основанные на итоговых меновых сделках (Total exchanges)

Лучшей и наиболее практической схемой, могущей разрубить эти гордиевы узлы, является та, которая применялась нами при объяснении Р в уравнении обмена, а именно index number, в котором всякий предмет и услуга взвешены соответственно ценности того количества их, которое было обменено в году, для которого желают найти уровень цен, причем это количество оценивается по базисным ценам. Таким образом, блага, покупаемые для немедленного потребления, равно как и все другие долговременные капитальные блага, обмениваемые в течение периода, обнимаемого index number'ом, включаются взвешенными. По заключенному на таких условиях договору уплачивается та же общая покупательная сила. Этот index number обнимает покупательную силу, измеренную во всех покупаемых и могущих быть покупаемыми вещах, включая недвижимости, ценные бумаги, труд, другие услуги, как, например, услуги, оказываемые обществами, и товары.

Много спорили относительно правильности включения человеческих услуг или “труда” в index number. В одном отношении вопрос разрешается сам собой, ибо включение или невключение в основание index'a единицы труда в результате даст или очень малую разницу или не даст никакой.

Известно, что заработную плату мы можем измерять или поштучно (by the piece) или повременно (by time). И в том и в другом случае она входит в общий index number, выражающий общий уровень цен, и влияет на него, но это влияние различно в обоих случаях. Если мы примем за основание рабочие часы и измерим заработную плату, уплачиваемую за день или час, тогда мы, вероятно, придем к выводу, что в течение периода развития промышленности денежная заработная плата повышается в то время, как цены благ падают, или что денежная заработная плата повышается сильнее, чем цены благ, или падает медленее, чем цены благ. Но если мы измерим сдельную заработную плату, то найдем меньшее несоответствие в результатах. Если количество благ увеличивается быстрее, чем количество денег в обращении, так что цены стремятся к падению, то поштучная заработная плата также будет стремиться в среднем к падению и в большинстве случаев в той же пропорции. Поскольку усовершенствование машин увеличивает выпуск изделий за час работы, т. е. количество единиц продукта труда, постольку цена за каждую единицу может уменьшиться.

Два метода измерения, дающие эти различные результаты, создают для index'oв цен противоположные различия в объеме торговли. Масса изделий увеличивается с прогрессом изобретений сильнее, чем масса рабочего времени.



Рассматривая index number как стандарт для отсроченных платежей, мы делаем предположение, что изменения сдельной заработной платы соответствуют изменениям товарных цен, причем это предположение основано в значительной мере на трудности и проистекающей отсюда невозможности включения в index number повременной заработной платы. При системе сдельной заработной платы изменения в денежных ценах других благ дают приблизительную меру изменений в денежных ценах труда.

Лица, заключающие договоры на срок на основании подобного index number, знают, что они уплатят или получат покупательную силу того же самого количества благ, какую они заняли или дали взаймы. Эта форма index number является объективным стандартом благ.

Если бы index number был построен на одной только повременной заработной плате (не включая совершенно цен благ), то должники уплачивали бы, а кредиторы получали бы эквивалентную покупательную силу, выраженную в часах труда. Если же в основание index'а включена и повременная заработная плата, и цены благ, то проблема будет заключаться в том, какой вес должен быть придан каждому из этих элементов. Кеммерер определяет вес заработной платы в 3% из общего итога благ в 100%. Следовательно, влияние повременной заработной платы, во всяком случае, не было бы значительным, тогда как если бы мы взяли поштучную заработную плату, то это влияние совершенно не было бы осязаемо. Отсюда следует, что включение в index number заработной платы не будет иметь большого значения. Так как практически мы не имеем статистических данных относительно сдельной заработной платы и мало достоверных данных для повременной, то мы можем, вообще говоря, совершенно пренебречь заработной платой.

Такое заключение имеет еще и другое преимущество. Из index number, назначенного служить основанием для отсроченных платежей заработной платы рабочего, само собой разумеется, должна быть исключена заработная плата. Покупательная сила заработка рабочего не может определяться на базисе количества труда, могущего быть приобретенным на сумму этого заработка.



В этом отношении следует иметь в виду другой стандарт покупательной силы денег, который иногда применяется при заключении договоров, стандарт полезности. Согласно этого мерила, каждое лицо надеялось бы получить или уплатить эквивалент той предельной полезности, которую оно ссудило или заняло. Но предельная полезность одних и тех же благ представляет различную величину для разных лиц и даже для тех же самых лиц, но в различные периоды их жизни. Поэтому такой стандарт не мог бы иметь практического применения.

Цена есть объективно данная величина, доступная измерению и всегда одинаковая для всех людей. Предельные же полезности, наоборот, не только не могут быть измерены, но они и неравны, и изменяются неравномерно для различных индивидов. Покупательная сила денег в объективном смысле является, таким образом, определенной величиной, имеющей общее значение для всех людей. Без сомнения, справедливо, что предельная полезность денег является основной величиной и что она зависит частью от покупательной силы денег. Но она зависит и от величины доходов каждого человека. Предельные полезности денег будут изменяться прямо пропорционально покупательной силе денег, если все цены и все денежные доходы будут изменяться в том же отношении или (грубо, по крайней мере) если доходы будут изменяться пропорционально среднему изменению цен. В идеале это фиксированное отношение между предельными полезностями и покупательной силой должно было бы остаться верным и тогда, когда количество денег изменяется (предполагая, что количество депозитов изменяется в равной мере и что скорости обращения и объем торговли остаются неизменными) после окончания переходного периода. Практически, однако, все эти элементы варьируют, и варьируют неравномерно. Денежные доходы иногда возрастают быстрее, а часто более медленно, чем цены. В результате изменения покупательной силы денег не соответствуют изменениям их предельных полезностей.

В течение срока договора благосостояние общества может измениться в ту или другую сторону. Казалось бы, что этот факт должен повлиять на соотношение между уплачиваемой и первоначально занятой суммой. Предполагается, что выгоды прогресса должны равномерно распределяться между заемщиками и заимодавцами.

Но пока долговые контракты заключаются со ссылкой на предельные полезности, то мы утверждаем, что поправки в денежном стандарте не только не могут, но и не должны включать колебаний в субъективной ценности денег, проистекающих от изменений в доходах, а должны ограничиваться колебаниями в объективной покупательной силе. Во всяком случае, нахождение меры объективной покупательной силы есть первый шаг, который должен быть надлежащим образом сделан сам по себе, прежде рассмотрения всякого другого, более значительного шага. Поиски такого стандарта для отсроченных платежей, который автоматически будет достигать справедливого распределения “выгод прогресса”, кажутся такой же призрачной попыткой, как и отыскание философского камня. Так как мы не можем статистически измерить полезность, то мы не можем измерить и поправки к этой полезности, требуемые для перераспределения выгод прогресса. При отсутствии статистического измерения всякая практическая поправка находится вне плоскости рассмотрения вопроса; “стандарт полезности” является, следовательно, практически неприложимым, даже если бы были защитники теории такого стандарта.

Отчасти подобные теории совершенного стандарта отсроченных платежей основаны на идее, что для производства доллара всегда требуется одинаковое количество труда. В этом смысле трудовой стандарт идентичен стандарту предельной полезности, так как предельная полезность и предельное усилие нормально равны между собой. Но как бы мы ни определяли труд, это есть обманчивая величина, практически совершенно непригодная служить основанием измерения статистических данных покупательной силы. По-видимому, труд может быть измерен временем, и на этом основании рабочий день не является достаточно определенной единицей для измерения с какой-либо значительной степенью точности покупательной силы денег. Рабочие дни различны как по количеству часов работы, ее интенсивности и степени неприятности усилия, так и по качеству выполняемой работы, которая может быть физической, умственной и т. д. Величина же, измерение которой представляет так много теоретических затруднений, не может никогда служить практическим стандартом для отсроченных платежей.

Итак, мы видим, что попытка установить стандарт полезности, или трудовой стандарт, слишком сложна, чтобы быть практически осуществимой. Нам следовало бы удовлетвориться обеспечением максимума достижимого усовершенствования стандарта отсроченных платежей, не пытаясь установить идеальное распределение “выгод прогресса”.

Наша задача будет также упрощена, если мы вспомним, что нашим идеалом является не установление непостоянства доллара, но зависимости колебаний его от тех или иных причин. Колебания, которые могут быть заранее предвидимы и учтены, не представляют собой большого зла. Каждый человек может предположительно учесть изменения в своем собственном благосостоянии, изменения в полезности благ и количестве труда и даже, может быть, дать широкую оценку общих результатов развития и прогресса. Во всяком случае, он не должен рассчитывать, чтобы денежная единица застраховала его от превратностей судьбы.

Способ, которым каждый человек учитывает будущие изменения, поскольку он может их предвидеть, состоит во взаимном приспособлении величины займов, которые он дает или получает, и ставки процента. Если средний доход повышается, заемщик будет в состоянии уплатить больше и заимодавец должен получать больше, между тем, если доходы падают, уплачиваемая сумма должна быть меньше. Фактически эти тенденции имеют место тогда, когда повышение или падение дохода может быть предвидимо. Если средний доход повышается, заимодавец будет менее озабочен уменьшением своего настоящего относительно более скромного дохода (при отказе отдачи взаймы) в надежде увеличить каким бы то ни было путем свой будущий доход, кажущийся ему более значительным. Поэтому возрастающее благосостояние (под которым разумеется не большое, а увеличивающееся богатство) вызывает уменьшение предложения займов. В то же самое время эта причина вызывает увеличение спроса на займы и тем самым повышает процент. Обратно, уменьшение среднего дохода будет вызывать понижение процента.

Все это происходит только в том случае, если повышение или падение доходов может быть наперед предвидимо. Если это изменение дохода непредвидимо, то оно не окажет значительного влияния на процентную ставку. Поскольку подобные изменения происходят неожиданно, после того как долговые обязательства уже заключены без принятия в расчет этих изменений, постольку эти договоры являются спекулятивными. Если доходы падают, то заимодавцы выигрывают за счет заемщиков, так как они получают более высокий процент, чем могли бы получить в том случае, если бы изменение дохода могло быть предвидимо. Вся тяжесть изменения падает на заемщиков. Если доходы испытывают неожиданное повышение, то положения заемщика и заимодавца соответственно меняются: весь выигрыш падает на долю заемщика. Нормальное действие непрерывного возрастания среднего дохода состоит в повышении ставки процента.

Однако наша настоящая задача заключается в защите интересов дебиторов и кредиторов не против всевозможных изменений условий обмена, а только против тех, которые прямо связаны с явлением денег. Изменения в условиях производства образуют совершенно особый класс изменений, и договаривающиеся стороны должны сами себя оградить в этом отношении. Нашей заботой является только предоставление им устойчивого или надежного денежного стандарта. Надежный денежный стандарт не может служить гарантией против землетрясения или обеспечением равномерного распределения богатств. Тем не менее этот стандарт может смягчить потери, проистекающие от изменений отношения ценности денег к ценности других благ.

Статистические данные о номинальных или денежных процентных ставках и о действительных, или реальных, процентных ставках доказывают, что колебания последних более резки, чем колебания первых. Это несоответствие оказывает вредное влияние. Во-первых, это положение препятствует нормальному распределению богатства и дохода. Если уровень цен повышается, тогда как номинальный процент не повышается в течение значительного времени достаточно сильно, чтобы компенсировать повышение цен, то заимодавцы будут получать обратно меньшую сумму благ или услуг, чем они могли бы рассчитывать. Кредиторы, следовательно, теряют при этом, а дебиторы выигрывают. Нужно также отметить, что все лица с относительно фиксированными денежными доходами теряют при этом повышении цен. Когда же уровень цен падает, то, наоборот, кредиторы и лица с относительно фиксированными денежными доходами выигрывают за счет дебиторов. Распределение богатства в каждом случае изменяется от причин, лежащих на стороне денег, и это изменение может быть предотвращено созданием более устойчивого стандарта для отсроченных платежей.

Практические ограничения

Итак, мы опять приходим к заключению, что в целом лучшим index number, предназначенным служить в качестве стандарта для отсроченных платежей при сделках, является тот же index number, который мы признали наилучшим для определения изменений цен всех данных сделок; другими словами, это есть Р в правой части уравнения обмена.

Совершенно невозможно, конечно, получить данные для всех меновых сделок, да это и не является необходимым. Только предметы, являющиеся основными и потребление которых остается постоянным в течение многих лет, являются пригодными и достаточно важными для включения в index. Это положение исключает недвижимости и заработную плату, розничные цены и ценные бумаги; таким образом, практически для включения в список благ, цены которых подлежат объединению в index number, остаются только оптовые цены товаров. Эти ограничения, однако, не являются столь значительными, как это можно было бы предположить. Сумма сделок с недвижимостями в Нью-Йорке (Manhattan and the Bronx) в 1909 г. (оживленный год), измеряемая по оценочной стоимости (составляющей приблизительно 4/5 рыночной стоимости), достигла только 620 млн. долл. Это совершенно незначительная величина по сравнению со 104 млрд. банковских расчетов в том же Нью-Йорке. Между тем сделки с недвижимостями в Нью-Йорке, вероятно, составляют более высокий процент всех сделок, чем в Соединенных Штатах вообще [Во всяком случае, получается определенное впечатление, что недвижимости более “подвижны” в Нью-Йорке, чем в большинстве других городов, благодаря быстрому изменению в характере местностей, вследствие ограниченности Manhattan Island'a и соответствующего ускорения роста в одном направлении (к северу) и что вообще в городах торговля недвижимостями имеет большее значение, чем в сельских местностях, не только абсолютно, но и по отношению к другим видам торговли. ]. Следовательно, мы можем смело утверждать, что в Соединенных Штатах сделки с недвижимостями составляют менее 1% общей суммы сделок. Что касается сделок с ценными бумагами, то проф. Кеммерер считает на основании сделок Нью-Йоркской фондовой биржи, что приблизительно 8% всех сделок в стране приходится на долю сделок с ценными бумагами. Как уже сказано, он также устанавливает, что сумма заработной платы составляет приблизительно 3%. Что касается соотносительного значения оптовых и розничных цен, то по этому вопросу мы имеем некоторые данные проф. Кin1еу'я, члена Комиссии по денежному обращению [На долю оптовой торговли приходится приблизительно вдвое больше меновых сделок по ценности, чем на долю розничной торговли. ]. На основании этих данных, а также и в силу того, что движения оптовых и розничных цен грубо соответствуют друг другу [Исследования движений розничных цен, проведенные Bureau of Labor, показывают общее соответствие в движении между розничными и оптовыми ценами, чего, конечно, и следовало ожидать.], мы можем совершенно исключить розничные цены. Правда, розничные цены обыкновенно отстают от оптовых, но отставание отчасти является более кажущимся, чем реальным. Показаниями сведущих лиц, собиравших статистические данные по этому вопросу, установлено, что когда цены быстро возрастают, как, например, в настоящее время, то розничные торговцы, не желая отпугивать своих покупателей слишком частыми и резкими повышениями цен, назначают на предметы те же самые цены, но подменивают товарами худшего качества или в некоторых случаях уменьшают размер выпекаемых хлебов или другого товара, продаваемого в упакованном виде.

Правда, оптовые сделки составляют меньшую часть всех сделок, может быть, только % их. Тем не менее оптовые цены типичнее всех других.

Оптовые цены в значительной мере типичнее цен производителя, которые предшествуют им, и типичнее розничных цен, следующих за ними. Они типичны для множества широких и часто неучитываемых групп сделок, которые входят в общий итог, вроде тех, которые склассифицированы Kinley'eм в его “Report to the Monetary Commission” вместе под названием “другие депозиты”, включающие доходы отелей, доходы лиц свободных профессий и т. д., а также и заработную плату. Среди сделок, для которых оптовые цены не являются очень типичными, нужно отметить сделки (спекулятивные и другие) с ценными бумагами, железнодорожные и другие транспортные издержки и страхование. Недавно цены государственных бумаг повышались быстрее оптовых цен, в то время как платы за перевозку и страхование не повышались так быстро. Попытки проф. Kemmerer'a и мои собственные (глава XII) скомбинировать в одну среднюю оптовые цены, цены фондов и заработную плату привели к результатам, очень незначительно отличающимся от тех, которые были основаны только на оптовых ценах. С практической точки зрения оптовые цены на товары суть единственные цены, которые все же достаточно стандартизированы, и достаточно устойчивое в течение долгого периода потребление данных товаров делает эти цены пригодными для общего пользования.

Мы можем не только считать оптовые цены грубым отображением всех остальных цен, но и с большей уверенностью свести статистические данные об оптовых ценах к относительно малому числу. Edgeworth и другие исследователи вопроса указали как практически, так и теоретически, что большое число предметов бесполезно и даже вредно включать в index 22; товары, применяемые “The Economist”, дают index number значительной ценности - 45; у Sauerbeck'a дали нам стандарт еще большей ценности, а 200 или более товаров, применяемых в “Aldrich Report” и в бюллетенях “Bureau of Labor”, несомненно, очень многочисленны, чтобы не сказать слишком многочисленны, для того чтобы дать более точный index number цен.

Комитет британского общества распространения знаний (The Committee of British Association for the Advancement of Science) рекомендовал index number, включающий шесть групп товаров, обнимающих 27 классов предметов, причем цены должны быть взвешены в круглых числах, приблизительно представляющих относительные расходы общества на эти предметы.

Эти группы, классы и их веса суть следующие [См.: “Report of the Committee” в Report of the British Association for the Advancement of Science, 1888. P. 186.]:

Мучнистые продукты (пшеница - 5, ячмень - 5, овес - 5, картофель, рис и т.д. - 5) - 20

Мясные и молочные продукты (мясо - 10, рыба - 2 1/2, сыр, масло, молоко - 7 1/2) - 20

Вкусовые вещества (сахар - 2 1/2 чай - 2 1/2, пиво - 9, спиртные напитки - 2 1/2, вино - 1, табак - 2 1/2) - 20

Одежда (бумажная - 2 1/2, шерстяная - 2 1/3, шелковая - 2 1/2, кожаная - 2 l/2) - 10

Минералы (уголь - 10, железо - 5, медь - 2 1/2, свинец, цинк, олово и т. д. - 2 1/2) - 20

Смешанная группа (лес - 3, нефть - 1, индиго - 1, лен и льняное семя - 3, пальмовое масло - 1, резина- 1) - 10

Это предложение было сделано после очень тщательного обсуждения в исключительно компетентной комиссии в составе Mr. S. Boume'a, проф. F. Y. Edgeworth'a, проф. Н. S. Foxwell'H, Mr. Robert'a Giffen'a, проф. Alfred'a Marshall'a, Mr. J. B. Martin'a, проф. J. S. Nicholson'a, Mr. R. Н. Inglis Palgrave'a и проф. Н. Sedgwick'a. Отчет, изданный комиссией, дает также точное техническое описание предметов, биржевые цены которых должны включаться в index (железо, например, должно быть шотландское в болванках), а также список цен или других источников для биржевых цен (например, цена пшеницы должна быть взята из “Gazette Average”).

Это предложение, рекомендованное Британским комитетом, с легкими изменениями может быть применено и к американским данным. В Америке мы имели несколько index numbers оптовых цен, наиболее важными из которых являются: 1) index'ы Roland P. Falkner'a в “Aldrich Senate Report”, охватывающие период с 1840 по 1891 г., в которые начиная с 1860 г. было включено 223 товара. Результат давался в двух видах: взвешенный, причем взвешивание производилось согласно относительных затрат рабочих на эти предметы или однородные с ними, а также невзвешенный; 2) index'ы of the “United States Labor Bureau” для 251-261 товара, начинающиеся с 1890 г. и в настоящее время публикуемые, само собой разумеется, каждый год; 3) index'ы Dun'a с 1860 по 1906 г., продолженные недавно для Gibson'a д-ром J. P. Norton'ом, и 4) index numbers Bradstreet'a с 1895 г. для 96 товаров.

Для нас нет надобности вдаваться в детальную критику этих index numbers. В целом кажется, что они включают слишком большое количество товаров, причем все они применяют систему неподвижного базиса, встречающую много возражений. Было бы большим достижением, если бы мы могли установить для Америки такую систему index'а, которая не только отличалась бы авторитетностью, но и могла бы давать свои результаты, по крайней мере, ежегодно и быстро.

Для практических целей медиана является одним из лучших index numbers. Она может быть вычислена в течение небольшой части того времени, которое требуется для вычисления теоретически наиболее точных index numbers, и очень хорошо соединяет все отличительные черты хороших index numbers. Она также имеет то преимущество, что легко выявляет (посредством “квартилей”) тенденцию дисперсии цен (от каждого года, принимаемого за основной, к следующему) по обе стороны медианы. Медиана также должна быть взвешена в круглых числах аналогично уже указанному способу взвешивания для теоретически наиболее совершенных index numbers. Медианой ряда чисел называется число, которое имеет перед собой и позади себя одинаковое количество членов ряда. Если число членов ряда нечетное, то медиана является средним членом ряда чисел, расположенных в порядке их величины. Если число членов ряда четное, то медиана находится между двумя средними членами. Если эти члены равны между собой, то медиана равна любому из них; если же они не равны, то медиана лежит между ними и может быть взята в виде простой арифметической, геометрической или какой-нибудь другой их средней. Практически два средних члена ряда в большинстве случаев настолько тесно сходятся между собой, что не будет заметной разница в применении того или иного метода исчисления средней двух срединных членов ряда. Метод взвешивания членов, для которых вычисляется медиана, состоит в подсчете каждого члена столько раз, сколько это указывается его весом. Чтобы иллюстрировать это положение, достаточно указать, что медиана чисел 3,4, 4, 5, 6, 6, 7, расположенных в порядке возрастания их величины, будет 5, а медиана чисел 3, 4, 4, 5, 6, 6 будет 4 1/2.

Если принять за вес этих последних чисел:

для числа 3 вес 1

” ” 4 ” 2

” ” 4 ” 3

” ” 5 ” 4

” ” 6 ” 2

” ” 6 ” 1,

то медиана вычисляется следующим образом:

ряд 3 ; 4,4 ; 4,4,4 ; 5,5,5,5 ; 6,6 ; 6 чисел

их веса 1 ; 2 ; 3 ; 4 ; 2 ; 1

Медиана этого ряда будет равна 5. Арифметические средние, соответствующие трем указанным медианам (5, 4 1/2 и 5), будут равны соответственно 4,9; 4,67 и 4,54.

На практике не представляется необходимым располагать члены ряда в точном порядке их величины. Крайние члены, признанные очень низкими, могут быть отброшены попарно с членами, признанными очень высокими, и только небольшое число оставшихся членов необходимо расположить в точном порядке по величине. Для членов, ближайших к середине, которые обычно почти или совершенно равны между собой, чрезвычайно легко построить медиану.

Чтобы применить медиану для index number цен, мы сначала устанавливаем наши отношения цен, а затем выбираем срединное отношение (the median ratio).

Итоги

В этой главе мы имели намерение показать, что наиболее совершенная форма index number цен есть отношение реальных ценностей к идеальным ценностям, исчисленным по основным ценам, и что элементы, входящие в построение index number, отличаются друг от друга соответственно целям, для которых предназначаются index numbers. Если цель index'a заключается в измерении капитала, то цены услуг не включаются в такой index number, а включаются только цены различных видов богатства, существующих в данный момент. Если целью является получение способов измерения реальной заработной платы, то в такой index включаются только цены предметов, покупаемых рабочими, и эти цены должны быть включены соответственно ценностям этих предметов, купленным в течение данного периода, причем эти ценности измеряются по стандартным ценам.

Здесь был рассмотрен также вопрос о справедливых взаимоотношениях между заимодавцем и заемщиком, целью которых является фиксирование отсроченных платежей на лучшем index number как на стандарте. Мы видели, что не будет нарушением справедливости, если один человек получит выгоду за счет другого благодаря колебаниям в денежном стандарте, ибо договор является свободным, причем нормально каждый должен рассчитывать, какой здесь может быть риск потери и ради каких шансов на выигрыш. Мы отмечали также, что было бы несправедливо, если бы правительство намеренно отняло выигрыш у человека, который сначала шел на риск потери. Тем не менее мы настаивали на желательности того, чтобы способ заключения договоров в будущем был менее спекулятивен.

Мы настаивали, что в функцию index number общего уровня цен отнюдь не входит предохранение от роста или падения реальных доходов. Функция такого index number состоит в том, чтобы измерить изменение в уровне цен для того, чтобы в договорах, касающихся отсроченных платежей, не было никакого элемента риска, зависящего от ценности денег. Без index number как стандарта такие договоры чересчур спекулятивны. Приспособление ставки процента до некоторой степени является компенсацией за колебания в ценности денег, но не вполне достаточной. Эти колебания влияют на распределение богатства между лицами и классами и ведут к кризисам и к застою в торговле. Желательно установить какое-нибудь основание для договоров на срок, которое препятствовало бы этому злу. Мы думаем, что index number, выражающий уровень цен, входящий в уравнение обмена, может быть принят за такое основание. Идеал, который мы себе ставим, заключается в том, чтобы ни дебитор, ни кредитор не пострадали, будучи обмануты колебаниями в уровне цен купленных и проданных благ. Нужно, следовательно, отыскать такую систему, при которой действительные результаты договоров тесно приближались бы к ожидаемым результатам почти во всех случаях.

Ранее указывалось, что различные лица и классы могут быть заинтересованы в том, чтобы иметь для своих срочных договоров index numbers, построенные несколько различно, так как разные лица заинтересованы в потреблении различных видов товаров и так как они желают инвестировать большую или меньшую часть своих сбережений. Но для общих целей как лучший компромисс, могущий удовлетворить нуждам различных классов, был выдвинут index number, основанный на ценах всех благ, обмененных в течение данного периода. Было отмечено вместе с тем, что различные формы index numbers, заслужившие известность, ведут практически к одним и тем же результатам.

Наконец, было указано, что для приблизительных и быстрых вычислений медиана имеет много преимуществ перед другими формами index numbers.

Глава XI. Статистическая проверка. Общий исторический обзор

Последнее тысячелетие

В силу того что уровень цен и количество денег в обращении не могут быть практически измерены с совершенной точностью и так как уровень цен зависит кроме количества денег еще и от других факторов, а именно: от количества циркуляторного кредита, от скоростей обращения этого кредита и денег и от размера торгового оборота, было бы абсурдом ожидать сколько-нибудь точного соответствия между изменениями в количестве находящихся в обращении денег и изменениями в уровне цен. Точно так же было бы абсурдом утверждать, как это некоторые делали, что отсутствие точного статистического соответствия доказывает отсутствие какого бы то ни было влияния количества денег на уровень цен. Тем не менее, когда количество денег изменяется быстро и значительно, влияние этого изменения на цены обычно так велико, что оно проявляется само собой. Общее направление движения цен обыкновенно идет вверх. Мы можем сказать, что в настоящее время цены почти в 5 раз выше, чем были тысячу лет назад, и от 2 до 3 раз выше, чем были в период 1200 - 1500 гг. после Рождества Христова. Начиная с последнего периода, или, короче говоря, после открытия Америки, цены почти все время неизменно повышались.

За открытием Америки в 1519 г. последовало завоевание Мексики под предводительством Кортеца и еще 20 лет спустя покорение Перу Пизарро. Со времени этих завоеваний и последовавшего за ними развития добычи драгоценных металлов в Новом Свете ведет начало колоссальная добыча золота и особенно серебра в течение XVI столетия. Начиная с открытия Америки, пока не начали обнаруживаться другие влияния этого открытия, или, чтобы быть точным, до 1544 г., среднее годовое количество добываемого золота составляло меньше 5 млн. долл., а серебра добывалось примерно такое же количество. Богатые копи Потози в Боливии были открыты в 1546 г. От 1545 до 1560 г. годовая средняя добыча серебра равнялась миллионам, что составляло вчетверо больше предшествующей добычи. Добыча золота также увеличилась, хотя незначительно. Размеры добычи для обоих металлов росли постоянно (с небольшим перерывом от 1811 до 1840 г.) до настоящего времени.

Рудники Нового Света начали питать своими металлами мало-помалу и Европу: вначале Испанию, являвшуюся главным владельцем рудников, затем благодаря торговым сношениям Нидерланды и другие европейские страны, а затем проникли и на Восток, в эту великую “пропасть, поглощающую серебро”. Соответственно этому, как указал Cliffe Leslie, цены возросли сначала в Испании, затем в Нидерландах, а затем и в других государствах.

Но хотя новый приток драгоценных металлов распределялся в европейских странах очень постепенно и рост цен, согласно этому, в некоторых государствах замедлялся, все же нет сомнения в том, что они возрастали и что рост этот был очень значителен. Рост цен сравнительно с тем, какой он был в период между открытием Америки и началом XVI в., составлял несколько сотен процентов. Этот подъем цен совпадал с увеличением запаса драгоценных металлов, потому что добыча их превышала потребление.

Хотя общее количество добычи драгоценных металлов продолжало увеличиваться до 1810 г., но отношение годового производства к существующему запасу постепенно становилось меньше. Соответственно уменьшающейся доле годового производства по отношению к существующему запасу и, вероятно, вследствие этого цены уже не повышались с такой же быстротой, как вначале. Кроме того, по мере развития торговли с Востоком новый приток драгоценных металлов все больше и больше направлялся туда. Наиболее быстрый рост цен имел место в течение XVI столетия.

Последние четыре столетия

Величина запаса денежных металлов во всякий данный момент, в какой бы то ни было стране, очевидно, равна разности, полученной путем вычета из общего количества добычи этих металлов суммы их потребления и чистого экспорта.

Деньги и цены

Вычисленное производство, потребление и запас ценных металлов в Европе (в млн. долл.) и уровни цен

Год Добыча Потребление и экспорт Запас Цены
1,640 1,450
4,280 3,380 1,850
13,000 8,960 5,890

При огромном увеличении количества драгоценных металлов нет ничего удивительного в том, что цены возросли!

Мы видим, таким образом, что произошло общее увеличение: 1) в запасе денежных металлов, 2) в уровне цен и что высшая степень увеличения как в том, так и в другом наблюдалась в XVI столетии. Мы находим также, что цены увеличивались не так быстро, как количество денег. Относительной медленности увеличения со стороны цен надо было ожидать ввиду увеличения объема торгового оборота. Мы знаем, чти это и должно было наступить с ростом населения и с развитием производств, в особенности с прогрессом промышленности и торговли, и с развитием транспорта. Что же касается изменений в скорости обращения денег, то об этом мы абсолютно ничего не знаем.

XIX столетие

В течение последнего столетия колебания цен регистрировались более тщательно, и они обнаруживают много подъемов и падений. Наиболее полные статистические данные имеются для Англии. Они изображены на диаграмме. Как всем хорошо известно, цены в Англии увеличились с выпуском неразменных бумажных денег в течение наполеоновских войн. Этот период бумажно-денежного обращения существовал с 1801 по 1820 г.

Но цены, выраженные в бумажных деньгах, были очень немного выше цен, выраженных в золоте, и главные движения цен (исключая немногие годы) только в незначительной степени испытали на себе влияние бумажно-денежного обращения. Главные периоды движения цен в Англии начиная с 1789 г. могут быть расположены следующим образом:

1789 - 1809 гг. - цены возрастали, запас денежных металлов увеличивался.

1809 - 1849 гг. - цены падали, запас не изменялся.

1849 - 1873 гг. - цены возрастали, запас увеличивался.

1873 - 1896 гг. - цены падали, запас увеличивался слабо.

1896 г. и до настоящего времени - цены возрастали, запас увеличивался.

Единственный период, который на первый взгляд не согласуется с тем, чего мы могли бы ожидать, если бы наша теория о соотношении уровней цен с количеством денег была верна, -это период 1873 - 1896 гг. Из других четырех периодов три представляют собой периоды роста цен и увеличения запаса. Четвертый период, указывает на стационарное состояние запаса, а так как объем торговли несомненно увеличивался, то было вполне естественно ожидать падения цен.

Исключительный период 1873 - 1896 гг. - период падающих цен - объясняется, вероятно, увеличением объема торговли и демонетизацией серебра в различных странах.

Отмеченный выше параллелизм между движением запасов денежных металлов и движением цен представляется довольно замечательным, особенно если иметь в виду неполноту данных. Недостает не только точных статистических данных в отношении объема торговли, но и каких либо данных о скорости обращения, а также и о размерах выпусков банкнот, государственных билетов и депозитного обращения. Тем не менее мы знаем, что современная банковская система, которая едва ли была вообще развита до Французской революции, стала быстро развиваться в течение XIX столетия. Известно также, что банкнотное и депозитное обращение развивалось быстрее в течение третьего периода, т. е. за 1849 - 1873 гг., чем в течение четвертого (1873 - 1896 гг.), и этот факт до некоторой степени способствует объяснению контраста между движениями цен этих двух периодов.


otvet-mitropolita-sergiya-petrogradskoj-cerkovnoj-delegacii.html
otvet-na-klevetnicheskie-napadki-zhurnala.html
    PR.RU™